Статьи и Публикации

Мне память перетряхивает душу                                  
И снова страшный сон соединит
Все звезды на вершинах Гиндукуша
И звезды у могильных пирамид.

Друзей моих мальчишеские лица,
Военный неустроенный уют...
А утром мне захочется напиться,
Боюсь, меня не многие поймут.

Опять, сгорая, падает ракета.
Стреляет ночь по вспышкам сигарет,
И мы во тьму хоронимся от света,
Чтоб глупо не оставить белый свет.

Хлопки петард и зарево салютов
Натянутые нервы обожгут.
Давно война закончилась как будто.
Боюсь, меня не многие поймут.

В Афгане мы протопали немало.
Хранят следы от кирзовых сапог
Обветренная глина у дувалов
И каменные осыпи дорог.

В краю песков и заповедной пыли
Мы тоже пролагали свой маршрут.
И где нас только черти не носили...
Боюсь, меня не многие поймут. 

 

А как в жару мы бредили о влаге!
О кружке пива и глотке вина,
Особенно, когда в горячей фляге
Ни капли, ни росинки, ни хрена!

И можно выть, и можно лезть на стену,
И рвать бинты, и грызть зубами жгут...
Но если до конца быть откровенным,
Боюсь, меня не многие поймут.

Мы знали вероломство и измену.
И, сколько бы не стоила душа -
Навскидку устанавливали цену
Разменным магазином "калаша."

Сюрприз врагу - последняя граната
И ждать, когда поближе подойдут...
Мы даже смерть приветствовали матом -
Как жаль, меня не многие поймут.

Торжественная встреча в Хайратоне.
Мечталось девять долгих лет о дне,
Когда домой отправятся колонны -
Последние колонны на войне.

Газетные страницы и экраны
Не скажут правды, даже песни врут.
Нам никогда не выйти из Афгана -
Как жаль, меня не многие поймут.

Автор стихов -- Михаил Кошкош


Афганская кампания: невостребованный опыт

 

Май 1980 г. – переписка двух маршалов

 

Хронологическое описание афганской войны 1979–1989 гг. (см. № 5 от 2010 г.). Вниманию читателей предлагаются документы, характеризующие боевую деятельность 40-й армии в мае 1980 года: донесения Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову. Сухой язык этих первоисточников подчас намного выразительнее самых захватывающих художественных описаний.



18.5.1980 г.

Из доклада Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову

1/149 мсп 201 мсд на головном участке восстанавливаемой дороги КИШИМ, ФАЙЗАБАД в районе КАРАКОМАР разгромил группу мятежников, которая пыталась сорвать работу дорожников. Уничтожено до 70 чел.

22.5.1980 г.

Из доклада Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову

В провинции БАГЛАН два мсб 395 мсп 201 мсд с пб 32 и 72 пп 8 пд с утра 21.5 осуществляют поиск и уничтожение мятежников в долине реки АНДАРАБ и прилегающих с юга ущельях от ЧАУГАНИ на восток. К исходу 22.5 подразделения сосредоточились в районе КАМАРЧА (40 км вост ЧАУГАНИ). Уничтожено свыше 70 мятежников, захвачено 3 пленных.

26.5.1980 г.

Из доклада Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову

В провинции БАГЛАН два мсб 395 мсп 201 мсд с пб 32 и 72 пп 8 пд продолжали поиск и уничтожение мятежников в долине р. АНДАРАБ и прилегающих с юга ущельях от ЧАУКАИ на восток. К исх. 26.5 подразделения сосредоточились: 3/395 мсп с пб в районе 18 км вост ГУДАРА, 1/395 мсп – ТАГАНОК (50 км вост ЧАУГАНИ). За двое суток уничтожено до 110 мятежников, захвачен склад оружия и боеприпасов. Наши потери: ранено – 2 чел.

28.5.1980 г.

Из доклада Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову

В провинции БАГЛАН 1 и 3 мсб 395 мсп 201 гв. мсд с пб 32 пп и пб 72 пп 8 пд осуществляли прочесывание районов БАНУ, ДЕХИ-САЛА, ХУШДАРА. К исходу 28.5 подразделения сосредоточены в районах: 1/395 мсп с пб 72 пп – ХУШДАРА, 3/395 мсп с пб 32 пп – ДЕХИ-САЛА.

30.5.1980 г.

Из доклада Маршала Советского Союза С. Л. Соколова министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Д. Ф. Устинову

В провинции БАГЛАН завершились боевые действия по поиску и уничтожению мятежников в долине реки АНДАРАБ вост ЧАУГАНИ. 3/395 мсп возвратился в ДОШИ и приступил к охране дороги на участке ПУЛИ-ХУМРИ, ДОШИ. 1/395 мсп с пб 72 пп в БАНУ продолжает прочесывание прилегающей местности и оказывает помощь в установлении государственной власти в этом районе.

В провинции БАДАХШАН 2/149 мсп 201 гв. мсд с пр 75 пп 20 пд ведут поиск и уничтожение мятежников в ущельях южнее КИШИМ. К исходу дня продвинулся на 10 км и остановлен на ночь в районе ДАРАЙИ-ШАХБАБА. Уничтожено 60 чел., захвачено 3 пленных и 18 ед. стрелкового оружия.


__________________________________________________________________________________________

НАЧАЛО НЕОКОНЧЕННОЙ ВОЙНЫ.

Все дальше в прошлое уходят события афганской эпопеи Советского Союза, стоившей жизни более чем пятнадцати тысячам гражданам нашей некогда общей страны. Среди них свыше девяносто человек - граждане Таджикистана. В феврале этого года на всей территории бывшего СССР отмечали двадцатилетие окончания той «войны незнаменитой», но мало кто вспоминал тогда и помнит сейчас, что началась она ровно тридцать лет назад – в декабре 1979г. С того памятного года Афганистан продолжает воевать постоянно: противники постоянно варьируют то по разнице политических убеждений, то по стране принадлежности, а кровь, тем временем все льется и льется.

Оценка самого решения о вводе советских войск в Афганистан до сих пор неоднозначна, как неоднозначна и оценка последовавших за ним событий. Как все это начиналось здесь, в Таджикистане?

Война эта началась для меня тридцать лет назад, в ночь с 22 на 23 декабря 1979 года. Бодрый от сознания выполнения важного дела мужичек, мобилизованный военкоматом для вручения повесток, побарабанив в дверь квартиры, сказал лишь – «Распишись…» и загремел башмаками вниз по лестнице, к машине.

В начале второго ночи зимний Душанбе был весь затянут подтаявшими за ночь языками снега и ярко освещен. Машин почти не было, но в разных направлениях шли поодиночке и группами молодые мужчины, все примерно одного возраста: двадцати пяти – двадцати семи лет: 201-я мотострелковая дивизия начала срочное развертывание своих «усохших» кадрированных частей. Кто тогда знал, что с тех пор эта дивизия так и не «свернется», а будет ликвидирована и превращена в 2004г. одноцифровую базу? Кому дано было тогда знать и то, что это прославленное боевое подразделение навсегда останется на Востоке, за тысячи километров от своей колыбели – Гатчины, оставив за свой спиной вторую и третью войны?!

… А дальше была ночь в прокуренном спортзале 31-й средней школы, рядом с железнодорожным вокзалом, которую с сотней мобилизованных «зеленых» офицеров запаса я коротал за анекдотами и воспоминаниями о недавней вузовской жизни. Окончив три года назад Таджикский государственный университет и получив звание лейтенанта мотострелковых войск, я, как и многие из них, уже успел побывать на двухмесячных «партизанских» сборах в соседней Киргизии, что, впрочем, ничему не научило, но несколько расширило впечатления о Средней Азии.

Пожилые офицеры-отставники, мобилизованные на составление списков и составлявшие военкоматский «ниппель» перед дверью спортзала, на наши вопросы о ночном вызове отвечали загадочно и кратко – «Сборы…» У многих эта недоговоренность выглядела злорадной, дескать, «придется послужить, сопляки!».

Наконец, часов в семь утра подошли автобусы (тоже «мобилизованные» по «тревожному расписанию» в каком-то автохозяйстве) и мы все, грея собой холодный дермантин сидений, двинулись по темному еще, но уже просыпающемуся городу. Двинулись почему-то медленно: не сразу стали понятны причины пробки на дороге уходящей на юг от города, к Вахшской долине. Однако все прояснилось, когда добрались до памятника Победы, в народе прозванного за форму «Ослиными ушами»: на обочине, перекосившись и увязнув в развороченном гусеницами бетонном лотке арыка, застрял танк. Он холодной глыбой почти полностью перегородил проезжую часть улицы. Не добавляло места и два армейских тягача, пытавшихся вытянуть железного собрата. И до сих пор помнятся растерянные люди на троллейбусных остановках: вместо «привязанных» (как прозвали в тогдашнем Душанбе троллейбусы) мимо них лавиной шли колонны военных машин, танков бэтэров…

Скорость движения и за городом не очень изменилась: в декабрьской рассветной хмари там и тут в кюветах виднелась застрявшая техника, то и дело встречались военные машины на буксирах. Эти картинки нагоняли воспоминания кадров из военных фильмов о дорогах Германии в Великую отечественную после пролета над ними штурмовиков Ил-2…

Часам к девяти, преодолев за битых полтора часа двадцать километров пути, прибыли на дивизионный полигон Ляур, уже забитый разнообразной, выкрашенной в песочный цвет, техникой. Пятнистой камуфлирование - что машин, что военной форсы – было тогда «не в моде» и ассоциировалось исключительно с западными наемниками в африканских джунглях.

Следующие три часа ушли на «замес» нашими городскими ботинками грязи на изрядно разбитом уже многочисленной техникой полигоне и хождения из одной шатровой палатки в другую: получение предписаний, постановка на комсомольский учет в части, выбор формы по размеру в вещевом складе-полуподвале и т.д. и т.п.

Даже для нас – малосведующих в армейской жизни людей была заметна нервозность и сосредоточенность кадровых офицеров: на вопросы о будущих событиях они либо молчали, либо отвечали нечто невразумительное. Одно было понятно – вся эта заваруха надолго!

Ясность, наконец, внес «главный комсомолец» дивизии капитан Кабулов – во время постановки на учет в части, он вполголоса сообщил: «Наши войска вошли в Афганистан, мы идем им на помощь…». Значит – не игрушки, а натуральная война!

Часам к двенадцати утра, полуденное солнце окончательно растопило языки снега на косогорах, и грязь стала непролазной. В этот момент начал пребывать рядовой и сержантский состав, мобилизованный уже после нас – офицеров запаса. Из этой массы двадцати – двадцатипятилетних парней, многие из которых лишь этой осенью, два месяца назад, вернулись со срочной службы и теперь были призваны вновь, нам предстояло набрать свои взводы. Прибывающий народ был почти сплошь навеселе – их, в отличие от нас, вызванных на сборные пункты в начале ночи, утром провожали дома, а у многих еще и «с собою было…». Все это очень затрудняло отбор: парни били себя в грудь, что все они «зеленые береты», «рейнджеры» или, на худой конец, «морские пехотинцы». Нам же были нужны заурядные водители автомобилей и БМП, наводчики, заряжающие, гранатометчики. Набрав, наконец, среди все веселеющей публики необходимые тридцать человек, каждый из офицеров-запасников отправился получать технику и вооружение.

Среди выстроившихся рядами заляпанных грязью железных монстров, пригнанных из парков частей в Душанбе, с помощью еще одетых в «гражданку» недавних «зеленых беретов» и «десантников» отобрали по три БМП. Поковырявшись немного внутри, наши молодцы, наконец, оживили чадно зачихавшие салярным дымом машины.

… А над головой с раннего утра ревели пузатые транспортные «антеи», словно грачи, стаями летящие на юг. Впереди были …. дней войны.

Виктор ДУБОВИЦКИЙ,

старший лейтенант запаса

мотострелковых войск Советской Армии.